Истории из сети

---------------

История о привередливом покупателе (хотя, как говорится, он - всегда
прав).
Дело происходит на Оптовой базе.
Попросил как-то клиент взвесить ему 1 рыбину семги.
Грузчик (он же по совместительству электрик) приносит одну.
Покупатель:
- Слишком мелкая.
Приности вторую.
Покупатель:
- Какая-то она желтая.
Приносит третью.
Покупатель:
- Какая-то она фиолетовая.
Приносит четвертую рыбину и спрашивает покупателя:
- Ничего, что у нее рот открыт?

------------------

Жена работает в центализованой бухгалтерии и ведет несколько организаций
одновременно. Вчера принесли ей приказы из одного заведения. Особенно
выделился приказ. "... Уволить Иванова И. И. по причине его смерти..." и
ниже... с приказом ознакомлен. подпись Иванов.


------------------


Мужской туалет. Как водится, перекур. Толпа - человек пять.
В закрытой кабинке (где по большой нужде закрылся программист)
звонит мобильный. Из кабинки раздается:
- Да, я слушаю! Что делаю? РАБОТАЮ! Как что? Продвигается?
А... гм. Нормально... продвигается... Туговато немного...
Поднапрячься? Рад бы, да некуда. И так на пределе. Нет,
быстрее не могу. Канал узкий. Сколько ни старался - больше
не лезет. Расширить? Как?! Мне отсюда видней, и я вам
говорю - расширить нельзя!

Мужики забывают о перекуре и давятся со смеху. А парень
вошел в кураж и уже орет на всю парашу:

- Да сами вы во всем виноваты! Загоняете по восемь метров!
И как, вы думаете, оно пролезет? Что? Всего семь с половиной?
Да мне хоть восемь, хоть семь с половиной - одинаково.
Предупреждал же: максимум два метра! Теперь придется вручную
выколупывать. Что мне здесь, до утра сидеть, что ли?

Парочка перекурщиков, держась за стены, еле сдерживается от
хохота. Программист орет еще сильнее:

- У меня зависло так, что тремя пальцами не поможешь! Что?
А что я, по-вашему, здесь делаю?! Конечно, по частям! Эта колдобина
целиком никак не пройдет! В общем, еще часа два. Ладно. Но вы на
будущее зарубите на носу: два метра! Все.

И остервенело так, на всю парашу: ВОТ ДЕРЬМО!


----------------



Я, наверно, никогда не пойму, почему у мужчин и женщин такие разные потребности по части секса. Венера,

Марс -- никогда этого не пойму. Почему у мужчин принятие решений идет через голову, а у женщин -- через

сердце?

Дело было так.... Hа прошлой неделе как-то вечером мы с женой ложились спать. Я попытался к ней

подкатиться, но в конце концов услышал:
- Знаешь, мне что-то не хочется. Просто подержи меня в своих объятиях.
- ЧТО???

И она сказала самую ужасную фразу, которую только может услышать мужчина от своей любимой:
- Hу, правда, дорогой. Мне кажется, ты просто не улавливаешь мои женские эмоциональные потребности.

Я подумал: «С чего бы это она?». В общем, в тот вечер так ничего и не получилось, мы просто заснули.

Hа следующий день мы отправились за покупками в одну известную фирму, которую я условно назову ЗУМ

(здоровенный универсальный магазин). Мы с ней погуляли по разным отделам, она примерила три офигительно

дорогих вечерних платья, но не могла понять, какое ей лучше всего подходит. Я сказал, чтобы она взяла

все три. Потом она отправилась искать туфли, которые сочетались бы с этими платьями, и я предложил ей

взять по паре к каждому платью. По пути к кассе нам попался ювелирный отдел, и она подобрала себе пару

сережек с бриллиантами. Знаете... я давно не видел ее настолько возбужденной. Видимо, она решила что я

рехнулся -- она решила спросить меня, как насчет вон того теннисного браслета -- я-то
знаю, что она и ракетки-то в руках никогда не держала. Hу, я и на это согласился. В общем, она едва ли

не визжала от восторга, удовольствие у нее было прямо-таки физически-сексуальным. Hадо было видеть, как

светилось ее лицо, когда она сказала:
- Hу, дорогой, мне кажется, что это все. Можно идти к кассе.

Я с трудом сдерживал себя, когда я произнес:
- Hет, дорогая, мне что-то не хочется.

Вот вы знаете, что значит выражение «спал с лица»? Вся вот эта гамма эмоций -- непонятки, огорчение,

возмущение, гнев... пробежала по лицу моей обожаемой.

- Hу, правда, дорогая. Я просто хочу, чтобы ты подержала в своих
объятиях все вот это вот.

И когда она уже была готова наброситься меня и разорвать на тысячу
маленьких клочков, я добавил:
- Мне кажется, что ты просто не улавливаешь мои мужские финансовые
возможности...

Так что теперь примерно до 2008 года секса мне не светит.

-------------------

Было это давно. Жарким июньским днем, когда тополиный пух уже отлетел,
стрижи под крышей заводского корпуса вовсю воспитывали птенцов, развитой
социализм был только что построен, были приняты постановления партии о
продовольственной программе, а Ваш покорный слуга был молодым
специалистом. Ну, кто помнит, это такое трехлетнее рабство, случающееся
в те годы с каждым выпускником.
Идиллическая картина, техбюро, послеобеденное время, жара, пятый верхний
этаж. Тишина, поскольку все борются с послеобеденным труднопреодолимым
желанием поспать до конца смены. Даже разговоры не разговариваются, а
все тихонько шуршат бумагами, делая чисто техническую, не требующую
мозговых усилий работу по подшивке, подклейке, сортировке накопившейся
документации. Только вентилятор шумит, да где-то вдалеке молот бухает. Я
тоже, пятикратно накурившись в прохладе протекающего всеми трубами
заводского туалета, принял в этой деятельности посильное участие.
Надо заметить, что на мне были надеты светлые гедеэровские штаны.
Современники должны понять что это тогда значило. Ну, значит, изображаем
деятельность. И тут понадобился мне клей. Клей у нас был в поллитровой
банке из которой торчала здоровенная кисточка, и эта шняга была закрыта
свернутой газетой. Вот этот клей я и принес себе на стол…
Ну и…ботнул себе на штаны банку! Быстро схватил, убрал, а толку? На
штанах, аккурат в конце молнии уже расположилась силикатная медуза
средних размеров. Сволочь! И что делать? В тишине началось девчачье
хихиканье и подозрительные шептанья, прекращающиеся под направлением
моего взгляда. А мне…е-мое…как стыдно-то. Штаны новые ладно…пятно ГДЕ!
о-оох! Мне ж в цех скоро…как пойду-то! Еще хихикают гады.
Ну ладно, деваться некуда, собрал газеткой большую часть медузы и
обнаружил, что со штанами не все так уж и плохо: небольшое мокрое пятно
высохнет, главное клей из молнии убрать, пока не застыл, а остальное
высохнет – отчищу.
Встал! Хихиканье усилилось, взгляд его больше не пресекал. Мордой к
стенке, боком прошел в туалет, благо никого в коридоре, все после обеда
в дремотном состоянии пребывали. Замыл это безобразие. Придурок! Что
значит молодой «специалист». Надо было мне в хим. лабораторию идти. А
так…получилось у меня на брюках, на самом причинном месте, огрООмное
пятно из водно-клеевой смеси.
Покурил. Прикинул варианты. Домой не уйдешь, штаны не поменяешь, никто
не поможет, а только на еще больший смех выведут. Хлебом не корми дай
посмеяться над ближним. А тут такой объект подходящий! Решил сохнуть в
туалете до упора, а потом белые засохшие клеевые сопли отчистить.
Ага! Щас! В туалете прохладно и сыро…До морковкина заговенья в нем
сохнуть…Варианты? Ага! Мои уже знают и хуже от них мне не будет, а там
жара и высохнет быстро, может и в цех успею и звиздюлей не получу! Попер
в бюро мордой в стенку. Удачно прошел, никто не видел. Только в бюро,
девки-сволочи уже не шепотом смеются и комментарии…не буду рассказывать.
Юрий Иванович, начальник, интересоваться начинает причиной веселья…Ну да
ничего. Сел за стол – сохну.
Долго зараза, полчаса прошло – никаких видимых результатов. Как была
водно-клеевая, так и осталась, только все концентрическими разводами
пошло. Что делать-то? Я ж инженер – думай!!!
И придумал! Вентилятором обдуть…Если б я только знал!...
Сел за свободный стол, позади всех, чтоб не видно было и смешков
поменьше. А под стол приладил вентилятор, чтобы обдувало причинное
место-то. Врубил. Мощная струя воздуха обдула мои испорченные штаны и
прошла дальше. Я ахнуть не успел, как из под шкафа поднялась туча
тополиного пуха и прочно села на водно-клеевую смесь! Я хрюкнул и
вскочил, раскинув руки как статуя Христа в Рио-де-Жанейро! На мое
междометие повернулись все! И увидели, что на причинном месте висит и
болтается грязно-серая мохнатая борода, похожая на кусок шкуры старого
белого медведя и …развевается на ветру! Немая сцена!
Я думал, что это моя смерть. Все стало каким-то мелким и потусторонним.
Я даже особо не воспринял взрыв последовавшего космических масштабов
хохота. У меня было состояние особо тяжкого ступора. Я так и стоял
раскинув руки с развевающейся шерстью на причинном месте и смотрел на
развитие событий как теленок на мясокомбинате, перед закланием.
А в бюро, надо сказать, происходило…Люди катались в истерике. Я потом
понял, что у меня была мысль: «что ж вы смеетесь, что ж не поможете-то?
» Но это было невозможно по определению. Они не могли принять даже
сидячего положения. Они корчились в конвульсиях всхлипывая и рыдая,
иногда издавая ТАКИЕ звуки, какие я впоследствии никогда не слышал даже
в фильмах-ужасов. Тем более, что эти звуки издавали такие хрупкие и
нежные в обычной жизни девушки. Бедный наш начальник- язвенник. Он
обычно старался даже не смеяться, поскольку смех вызывал у него
нестерпимые боли.
Сейчас он стоял на коленях перед стулом, лежа ну нем грудью и
отвернувшись от меня, чтобы скорее успокоиться и избавиться от боли. Я
видел, как с той стороны, где у него было лицо, капали на пол и
собирались в небольшую лужицу слезы.
Я продолжал стоять в ступоре. Первой очнулась Марья Ивановна, пожилая
женщина, (в моем тогдашнем представлении, ей было лет 40). Она,
превозмогая конвульсии, все-таки смогла добраться до меня, выключить
вентилятор, и стоя на коленях передо мной, начать меня ощипывать. Чуть
позже подтянулись еще две женщины. Все, кроме меня, стояли на коленях. Я
не выходил из ступора – мне было все равно. Я думал, что прошел все
ступени позора.
Вдруг, сзади щелкнула дверь, и я по изменившимся но все равно
перекошенным хохотом лицам, я понял, что что-то произошло. Повернувшись,
вижу: в дверях стоит главный инженер со свитой подхалимов и работники
1-го отдела! Видели бы Вы их глаза!
Но хуже другое, если кто помнит фильм «Железный поток», то знает, как
заражаются истерическим смехом. И это стало происходить с вошедшими.
Все…я не буду рассказывать что было дальше…Скажу только что на следующий
день нашего начальника вызывали на ковер, а вскорости мне дали вольную.
Вот такая история.

-----------------

Чистосердечное признание.

Ну уж не знаю …, поручиться, что все это правда, я конечно не смогу –
сам при этом не присутствовал, но как услышал так и напишу.
В тот день мой знакомый Анатолий, будучи еще просто опером, вел
плановое дежурство на одной из станций московского метрополитена. Почему
плановое? Да потому что их отдел был завален жалобами гражданам на
участившиеся случаи карманных краж. Вот и решено было провести операцию
по задержанию преступного элемента. Одет Анатолий был в гражданское,
поэтому вспугнуть воришку не боялся и тем не менее в целях конспирации
постоянно бродил по станции, чтобы не привлечь к себе лишнего внимания.
Ну сколько народу перевозит московский метрополитен, рассказывать,
думаю, не надо, а вот остальные факты, пожалуй, изложу от его лица.

- Я его сразу заметил, взгляд у него приметный, он этим взглядом как
будто обшаривает всех. Я за колонной встал, а сам из виду его не теряю,
думаю брать надо с поличным, а то ничего не докажешь. Смотрю, он рядом с
какой-то бабенкой пристроился, а та, видать, приезжая, в руках два баула,
на плече сумочка настежь расстегнутая, видно как деньги на жетоны
доставала, так и оставила. Поезд подходит, народ хлынул, тут и он попер –
шустро по ее сумочке шмыганул. Ну, думаю, пора, выскочил из-за колонны,
руку ему заломил, а он тоже ушлый, кошелек сразу сбросил. Ну мне куда
деваться, думаю, ведь знаю, что ты ворюга гад, сейчас я тебе как Жеглов
Кирпичу его обратно суну. Руку-то его так заломленной и держу, а второй
рукой кошелек с пола подхватил и вот тут-то началось. Бабенка-то эта –
казачка ростовская, черт ее задери, когда шум за спиной услышала –
повернулась, а как повернулась, так этот кошелек в моей руке и узрела.
Слушай, я даже не думал, что женщины так орать могут, ведь как
иерихонская труба, вот веришь нет даже я от неожиданности присел, а она
орет:
- Помогите люди добры, грабют!
Я ей – «успокойтесь гражданка, все нормально – милиция!
Она сначала вроде заткнулась, а потом опять;
- Помогите люди добры, меня милиция грабют!
Я – «да успокойтесь гражданочка, совершена кража, но преступник-то
задержан, сейчас оформим документы и вы все получите обратно». А сам
кошелек этому хмырю в карман сунул и наручники на него надеваю.
Слушай, я даже не знал, что казачки эти, такие женщины! Не, ну она-то
ростом конечно здоровая, дородная такая, про таких говорят, что в
горящую избу войдет, но то, что все так обернется, честно скажу – не
ожидал. Она как увидела, что я этому гаду кошелек в карман сунул, баулы
свои бросила и с криком «ах ты ворюга поганая моих деток голодными хотел
оставить! » врезала ему в челюсть не хуже чем профессиональный боксер.
Хорошо так врезала хуком справа, тот только зубами клацнул и сразу в
нокдаун. Хотела еще добавить, да я его прикрыл - а зачем мне трупы! Я
говорю – «успокойтесь, гражданочка, все будет нормально, давайте пройдем
в дежурную часть и вы – говорю – товарищи – народу что рядом собрался -
если кто что видел, пройдите со мной как свидетели. А сам только и думаю,
что надо тащить его быстрей, пока она его здесь вообще не прибила, ведь
так и норовит к нему подобраться. Ну пру его по платформе, она сзади, и
не смотря на то, что в руках у нее ее баулы, она умудряется еще и
задержанного пинать. Да так пинать, что если бы я его за шкирку не
держал, он бы на пол-метра вверх подлетал. Сзади еще несколько человек
свидетелей бежит и бабенку эту подбадривают. Короче, затащил я этого
карманника в дежурку, сразу в «обезьянник» и не потому, что боюсь что он
сбежит, а потому что эта казачка его бы точно зашибла. Ее на стул
усадил, пару свидетелей отобрал, тоже присесть попросил, говорю – «ну что,
будем составлять протокол, а вы, гражданочка, пишите заявление». И тут
этот хмырюга оклемался, видно:
- Зря – говорит - стараешься, начальник, ты гаманок этот с полу подобрал
и в карман ко мне сунул, да и свидетели твои это видели, не выйдет у
тебя ничего. Эта корова сама его потеряла, а ты мне дело шьешь! – лучше
бы он этого не говорил.
Казачка эта - будь она не ладна, когда его голос и про кошелек услышала,
прыгнула как пантера. Как решетка выдержала непонятно. Но руки ее,
которые она в ячейки просунула, клацнули у его горла как ножницы по
металлу. Он только к стене отпрянул и сразу заткнулся.
А я сижу и под ее заунывные причитания, что ее дети голодными чуть не
остались, все думаю – «а ведь действительно, гад, отвертится, как есть
отвертится, ну что ему предъявишь?». И злоба меня душит, вот вроде вор,
а как его наказать.
- Ладно – говорю – с тобой мы позже разберемся, а вот вам гражданочка
придется пару часиков в клеточке посидеть. Раз вы у нас не потерпевшая,
значит вы хулиганка, что же вы это так кричите, да людей избиваете?
Посидите здесь пару часиков, отдохните! – а сам дежурному милиционеру,
головой киваю, мол, водворяй дамочку за решетку. Слышу:
- Чиво посидит, чиво посидит?!! – снова у этого хмыря голос прорезался.
- Не чиво – говорю – а посидит как задержанная хулиганка.
- А я???
- Ты тоже посидишь, пока разберемся.
Тут-то он и запел – нельзя, говорит, ее садить! – а сам в угол
забивается, опасливо так забивается, все скамейку задом изъелозил.
- Ну кого садить, кого не садить, я уж сам разберусь! – поняв, что к чему,
нашелся я – посидите, подумаете вам это не помешает, ты будешь знать как
кошельки таскать, а она как невинных граждан избивать!
А тот уже чуть не плачет, все на бабенку на эту взгляды бросает, а она,
блин, вроде как бы сесть даже и не против, видно, праведный гнев свой
выплеснуть хочет, поэтому и не возмущается. Тут он опять заскулил, мол
потерпевшая она, а потерпевших не садят …
- С чего ты решил, что она потерпевшая – говорю – кошелек ты у нее не
воровал, сама потеряла, а раз сама потеряла, значит никакая она не
потерпевшая. А вот хулиганила точно и свидетели подтвердят.
- Воровал, воровал – кричит – дай начальник бумагу, я признанку писать
буду!
Ну сунул я ему туда лист бумаги и ручку, махом чистосердечное признание
накатал и подпись размашистую поставил. Вот такие, брат, дела у нас
бывали …